ПАРИЧИ
СПРАВОЧНО - ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ Г.П. ПАРИЧИ

Литературное творчество паричан / Этус Марат Леонидович

К списку >>


ВЕЛИКИЙ И МОГУЧИЙ

В шестьдесят пятом году после окончания школы я поступил в иняз, а мой лучший друг Костя - в профтехучилище металлистов в Минске. Черeз пять лет я стал учителем, а Костя металлистом не стал - переквалифицировался на маляра. Но рассказ не об этом. А о том, как я познакомился с неграми из Нигерии - студентами Минского университета. Они, естественно, не могли говорить по-русски. Их поселили в училище металлистов - в то самое, где жил Костя. Предполагалось, что ежедневное общение с носителями языка быстрее поможет нашим зарубежным друзьям освоить великий и могучий русский язык. Так оно и было. Когда я впервые познакомился с африканцами, они уже кое-что могли сказать на нашем родном языке. Интересно, что для русских младенцев первое слово в жизни - это мама. Оказалось, что и в скудном словаре чернокожих студентов первые фразы по-русски тоже содержали это слово, только в несколько изменённом сочетании. Почему-то они решили, что фраза "... твою мать" должна быть в каждом предложении. Например, один парень сказал:" Я хотеть познакомить с той девушка ... твою мать". Мне так и не удалось убедить его, что эту фразу не обязательно повторять так часто. А он спорит со мной:" Так все русские хлопцы говорить. Они мне учить. Они лучше знать". И смех, и грех. Это были лишь первые шаги моих заокенских друзей на пути познания всех выразительных средств языка Пушкина и Толстого. Между собой они говорили на каком-то своём - то ли "эго", то ли "эфик". Хорошо, что не "нафик". Но когда возникали споры или они ругались друг с тругом, то среди иностранного щебета я чётко выделял русское "да пошёл ты...". Костя рассказывал, что местные парни берут по пачке импортных сигарет или упаковке жвачки за каждый проданный мат. Сигареты и жвачка расходились быстрее, чем иностранцы могли запомнить или выучить новую нецензурную лексику.
Однажды был вообще кур'ёзный случай. На Новый год в общежитии организовали бал-маскарад. В центре огромного спортзала установили ёлку, вдоль стен расставили стулья, на которых и расположилась молодёжь. В основном это были девушки - будущие маляры, укладчицы, шлифовшицы. Городская жизнь ищё не успела затмить их деревенское происхождение. Они вели себя скромно до застенчивости. Из-под коротеньких юбчонок соблазнительно выглядывали белоснежные юные колени. Наши хлопцы - будущие токари, фрезеровщики, сварщики привыкли и не обращали особого внимания, но африканцы балдели. И вот Орджи, лидер группы, пальцем указал на одну маленькую рыженькую девушку, сидящую с подружками в углу, и сказал мне: "Давай пригласить ту молодой б..дь". Я опешил. Во-первых, у нас не принято пальцем указывать на того, с кем хочешь танцевать. Во-вторых, зачем обзывать невинное существо?. Я об'яснил своему нигерийскому другу, что это не та публика и не то место, где употребляют подобные слова. Большинство этих девушек ещё абсолютно непорочны и не заслуживают таких уничижительных обвинений. Может, через год или два некоторые из них и потеряют свою невинность в сложных жизненных обстоятесьствах большого города, а пока - это белый снег, на который никто не ступал. Мои наставления никак не смутили Орджи. Наоборот, он, прямо скажем, обнаглел и стал тыкать своим иссине чёрным пальцем на каждую потенциальную белую партнёршу. Девушки краснели, смущённо обтягивали юбки, прикрывая колени. Не знаю, как долго продолжалось бы это унизительное для наших барышен действо, если бы пару здоровых качков не подошли бы к Орджи и не шепнули бы ему на ухо пару хороших русских слов, из которых я только услышал "сука" и "козёл". После этого нигериец немного успокоился и стал упрекать меня в том, что у нас в России нет свободы слова. Спорить с ним было бесполезно, да он бы всё равно ничего не понял.

ПОЙМАН С ПОЛИЧНЫМ

Я приходил в общежитие металлистов почти каждое воскресенье, чтобы навестить Костю и пообщаться с моими новыми англоговорящими друзьями. К сожалению, они и по-английски говорили с сильным акцентом, но я их понимал, а они меня не всегда. Если они хотели что-то скрыть от меня, то переходили на свой племенной эго или эфик.
В тот день я заметил необычную суету среди африканцев. Они перебегали из комнаты в комнату, что-то доказывали друг другу, эмоционально жестикулируя и указывая руками в одну сторону. В комнате я не мог сообразить то ли на юг, то ли на север. Их речь явно носила бранный характер. На меня никто не обращал внимания. Я почувствовал себя смущённым и лишним. Атмосфера накалялась. Похоже, назревал скандал местного или международного значения. Всё, что мой мало просвещённый слух студента первого курса улавливал, это два слова " рэд хэндид". К моему стыду я не понимал значения этих слов. Дословный перевод "красными руками" ничего не об'яснял. На всякий случай я внимательно посмотрел на свои и нигерийские руки. Крови нигде не было. Не желая стать соучастником африканских распрей, я извинился, и быстро исчез с поля словесного боя.
Придя домой, я первым делом открыл англо-русский словарь и нашёл перевод словосочетания "red handed". K моему удивлению оно переводилось как "пойман с поличным". Кого же они поймали и за что? Русского или нигерийца? Я сгорал от нетерпения узнать всю историю. Не дожидаясь воскресенья, в понедельник вечером я встретил Орджи в общежитии и попросил рассказать, что случилось. Ниже привожу почти дословно в переводе с английского то, что мне поведал мой нигерийский знакомый.
Родственники присылали им посылки и денежные переводы из Нигерии. У каждого был день рождения, другие памятные даты, когда принято дарить подарки. Сначала всё было хорошо. Посылки и переводы приходили вовремя. Приходишь на почтамт, пред'являешь студенческий билет, забираешь то, что тебе полагается - и никих проблем. В последние два месяца ни один из них не получил ни одной посылки или денег из дому. Они звонят родителям. Те говорят, что высылают как всегда и по тому же адресу. Пошли на почтамт, вызвали начальника и потребовали разобраться, иначе заявят в кунсульство и будет большой скандал. Начальник уверил студентов, что весь почтовый товар своевременно выдаётся клиентам по пред'явлению документов, удостоверяющих личность получателя. Он поклялся, что никаких нарушений не выявлено и до сих пор жалоб не поступало. Час от часу не легче. Где и как искать злоумышленника? Подозрение пало на одного парня по имени Акин. На родине он жил где-то в глубинке в каком-то забытом богом племени. Какая-то международная благотворительная организация оплатила     его обучение сначала в нигерийской школе, а потом и в Белорусском университете. Кстати, все остальные студенты были из семей нигерийской элиты. Так дяда Орджи возглавлял консульство в Минске. Начали следить за Акином. Когда присмотрелись, то заметили, что в его гардеробе стали появляться новые галстуки, носки, куртки, майки. Все курили русские сигареты, а Акин случайно оставил на столе пачку сигарет нигерийского производства. Он также чаще других водил девушек в дорогие рестораны и дарил им импортные подарки. Откуда у него  такие деньги? Подозрение усиливалось. Решили установить ежедневную слежку за ним. Однажды Акин отправился на почтамт получать очередной перевод. Его однополчане тайно преследовали подозреваемого до самого почтового окошка. В момент, когда Акин пред'явил своё удостоверение личности и получил деньги, они бросились к нему,  схватили за руки, отобрали студенческий билет и показали его работнику почты. Фамилии на переводе и в билете были разными. Вызвали начальника почтамта. Оказалось, что служащая не обратила внимания на имя и фамилию студента, вероятно, решив, что раз чёрный там и тут, то это и есть законный получатель. Вот так они поймали с поличным своего же товарища. " В семье не без урода", - печально произнёс Орджи на ломанном русском. Начальник почтамта извинился и пообещал впредь более внимательно и ответственно рассматривать физиономии иностранных студентов, особенно африканского происхождения.
По настоянию консульства Акин был выдворен из Минска в течение двадцати четырёх часов обратно в своё нигерийское племя, а я, наконец, понял, почему раз'ярённые в словесной брани студенты указывали на юг. Там же Африка.